2 Июн 2018

Американка Эль Фаннинг вытянула счастливый билет. К своим двадцати она успела стать не только кумиром подростков и амбассадором брендов L’Oreal Paris и Gucci, но и музой режиссёров с мировым именем — таких, как Николас Виндинг Рёфн, Майк Миллс и София Коппола. Миловидная девочка со слегка провинциальной внешностью пошла по стопам старшей сестры Дакоты в желании играть, но до шестнадцати лет снималась преимущественно на вторых ролях. Всё изменилось, когда её женское естество расцвело и вступило в конфликт с «детскостью» — круглолицая блондинка оказалась способной продемонстрировать томные взгляды, кошачью грацию и юношеское обаяние в одной сцене.

Перемены были замечены в 2015 году на премьере фильма Гэби Диллэла «О Рэй» на фестивале в Торонто. Это североамериканское инди-муви в тональности Ноя Баумбаха и позднего Вуди Аллена повествует о трёх поколениях домочадцев: женатой бабуле-лесбиянке, вечно экзальтированной матери бальзаковского возраста и шестнадцатилетней Рамоне (провозгласившей себя Рэй), которая с детства чувствует себя мальчиком и готовится к гормональной терапии и последующей операции по смене пола. Приятная драмеди на один вечер, возможно, осталась бы незамеченной, если бы не «старания Фаннинг, насытившие ленту психологическими нюансами и придавшие ей интуитивно считываемую значимость», как выразился критик Т. Т. Штерн-Энзи. Более поздние роли актрисы разительно отличаются от этого образа: женственность в них всегда эксплуатируется, а не подавляется, и тем более в них не может идти речи о болезненно уязвимом и оттого предельно человечном трансгендерном герое. Иронично, что именно роль-антипод будущего артистического почерка девушки послужила трамплином для её карьеры.

Кадр из фильма «О Рэй» Проекты после «О Рей» обособили Эль от других актрис фестивального и массового кино. Ярчайший пример роли младшей Фаннинг — апатично-нарциссичная фотомодель Джесси из формалистского артхауса «Неоновый демон». Кинопритча Рёфна об изнанке мира моды и обесценивании концепта красоты в условиях капиталистической конкуренции вызвала в Каннах и свист, и аплодисменты, а юная актриса, по собственным словам «перенёсшая в жизнь ряд привычек героини», продолжила транслировать в других работах амбивалентность своей новой натуры. «Женщины ХХ века», «Исчезновение Сидни Холла», «Роковое искушение», «Как разговаривать с девушками на вечеринках» и «Красавица для чудовища» отличаются скорее бэкграундом, нежели типажами главных персонажей.

Ярчайший пример роли младшей Фаннинг — апатично-нарциссичная фотомодель Джесси из формалистского артхауса «Неоновый демон».

Используя типологию двенадцати архетипов по Пирсон, роли Фаннинг можно охарактеризовать как синтез «искателя» и «любовницы». Детская, почти андрогинная, сторона её личности работает на создание портрета отрока, которому предстоит пройти инициацию и найти место в жизни. Целеустремленность и ясность ума становятся атрибутами её героинь. Они точно знают, чего хотят в жизни: в «Неоновом демоне» — стать топ-моделью, в «Исчезновении Сидни Холла» — выйти замуж за мальчика по соседству, в «Женщинах ХХ века» — уехать из глубинки. Когда её персонаж нуждается во внешнем стимуле, чтобы покинуть зону комфорта, — к примеру, в «Как разговаривать с девушками на вечеринках» внезапная страсть встреченного мальчишки побуждает инопланетянку отклониться от предписанного плана, — «божественному вмешательству» предшествует осознание собственной отчуждённости и чёткое решение о поиске перемен.

Кадр из фильма «Как разговаривать с девушками на вечеринках» Второй стороной медали является любовный, иногда даже блуднический, аспект её амплуа. Героини Фаннинг соблазнительны и прекрасно знают об этом, поэтому бравада чётких установок на будущее смешивается с эротической коннотацией. Так, квест персонажа Эль из «Рокового искушения» Софии Копполы — совратить раненого солдата, хотя сама задача хладнокровно поставлена в парадигме «искателя». Одним из главенствующих мотивов байопика о Мэри Шелли «Красавица для чудовища» и поколенческой драмы об американской культуре 70-х «Женщины ХХ века» становится обретение сексуальной свободы через всестороннее познание полового аспекта и собственных желаний на этот счёт. Неудивительно, что Фаннинг воспринимается многими как новая икона феминизма: на экране она знает, чего хочет, зачастую гораздо лучше мужчин, ей не свойственны стереотипные «бабьи слабости», но при этом она не открещивается от своей женской природы, что делает её пример идеалистичнее пацанки Кристен Стюарт или громкоголосой активистки Эммы Уотсон.

Внутриличностные конфликты, возникающие при столь радикальном смешении архетипов, воспринимаются западной публикой как легитимное расширение дискурса. Мелоди добивается любви Сидни Холла, но бросает его, потому что не хочет находиться в тени супруга; Джули из «Женщин ХХ века» спит с каждым желающим, кроме единственного, кто испытывает к ней настоящие чувства; Мэри Шэлли пребывает в абьюзивных отношениях, несмотря на осознание проблемы. Наличие трещин в мировоззрении героинь не позволяет окрестить их Мэри Сью, однако перечисленные изъяны вписываются в рамки идеологически допустимого среди феминисток четвёртой волны. Да, девушки набивают шишки, но это последствия их личных решений, а не навязанных патриархатом установок. Да, они распутны, но слатшейминг — такая же форма угнетения. А самое главное, они невыразимо изящны в любой ситуации, ведь не все прогрессивные женщины не бреют подмышки и отрицают вред фастфуда, и с ними приятно отождествлять себя.

Кадр из фильма «Неоновый демон» Растущая популярность Фаннинг интересна в первую очередь тем, сколь рафинированной выглядит подобная ролевая модель. Девушка модельной внешности, но не сексистски горячая штучка а-ля Меган Фокс, сильная и независимая, но обаятельная и популярная, эгоистичная и себе на уме, но способная любить и быть любимой, отрицающая гендерную бинарность в характере, но нарочито преподносящая себя девочкой в розовом платье. Есть ли в этом непреодолимое противоречие — желание усидеть на двух стульях, одновременно став творцом своей судьбы и оставшись прекрасным полом? Вероятно, покажет лишь время, но на данный момент авторы и зрители безудержно верят в претворимость этого умозрительного концепта.

Материалы

Источники

Теги

< пред след >