3 Февраля 2019

Сценарий «Зелёной книги» Питера Фаррелли можно бы было назвать неправдоподобным, не будь он написан совместно с Ником Валлелонга — сыном прототипа главного героя фильма. Итальянец Тони Болтун, неотёсанный вышибала, которому проще выбросить стакан, чем использовать его после «негра», соглашается быть водителем несколько женственного темнокожего пианиста-интеллектуала Дона Ширли. И едут они не куда-нибудь, а в турне по южным штатам, где в начале 1960-х царила тотальная нетерпимость к обладателям слишком смуглой кожи вплоть до создания для них отдельных автобусов, кафе, отелей и даже городов. Неужели концерты по всей стране могут быть важнее собственной жизни? Неужели можно так быстро избавиться от убеждений, в которых воспитывался с ранних лет, и стать другом фактически своему врагу? Пусть родственники настоящего Дона Ширли настаивают на утрированности «Зелёной книги», её каркас взят из реальной жизни.

Последние картины с расовой проблематикой — «Прочь», «Лунный свет», «Чёрная пантера», отчасти «Формы воды» — повторяют как мантру: «Все равны, притеснять нельзя, все равны, притеснять нельзя». Детище Фаррелли — не очередная такая картина. Нельзя назвать ею и «Чёрного клановца» Спайка Ли, который вышел в октябре прошлого года и также оказался в шорт-листе «Оскара-2019». От лагеря лент, толерантных до последнего кадра, их отличает более индивидуальный подход. Тони Валлелонга и Дон Ширли, Рон Сталлворт и Флип Циммерман — прежде всего люди с определёнными качествами, а уже потом белые, чёрные или серо-буро-малиновые. «Зелёная книга» и «Чёрный клановец» не состоялись бы без харизматичных героев, и тем интереснее то, что они оба основаны на реальных событиях. Однако если к концу первого фильма перед зрителем предстают обновлённые мужчины, то значительных изменений в Сталлворте и Циммермане не происходит. Прекрасно знающие, что цвет кожи ничего не говорит о других, они не избавляются от привычки к самозакрепощению.


Кадр из фильма «Зелёная книга». Дон Ширли и Тони Валлелонга

Кадр из фильма «Чёрный клановец». Флип Циммерман и Рон Сталлворт «Чёрный клановец» — о том, что искоренить агрессивное стереотипное мышление сложно. «Зелёная книга» — о том, что сложно, но можно, потому что все мы люди. Посыл «Счастье для всех даром, и пусть никто не уйдёт обиженный» слишком прост для того, чтобы быть Oscar bait, поэтому с гораздо большей вероятностью главную награду 91-й премии академиков заберёт именно история чёрного полицейского, внедрившегося в ку-клукс-клан. Особенно — учитывая общественное недовольство раскритикованным в «Чёрном клановце» Дональдом Трампом. В качестве напоминания, в 2018 году действующий президент США начал активную работу по возведению стены на границе с Мексикой. «Зелёной книге», которая никого под обстрел не берёт, достанется скорее приз за лучшую мужскую роль второго плана (Махершала Али был победителем 2017 года в этой номинации) или лучший оригинальный сценарий. У как всегда великолепного Вигго Мортенсена в борьбе за звание лучшего актёра есть столь же достойный конкурент — Брэдли Купер, сыгравший в мюзикле «Звезда родилась».

Посыл «Зелёной книги» слишком прост для того, чтобы она получила главную награду «Оскара».

Продолжая тему приглаженности «Зелёной книги», нужно отметить, что для характерного юмора Питера Фаррелли она стала одновременно освобождающей силой и тисками. С одной стороны, время действия узаконило бытовой расизм экранного Болтуна, и тем самым авторы обошли цензуру радикальных либералов, захвативших западное кино. Разве может Фаррелли, режиссёр-реалист, изображать то, чего не было и не могло быть? С другой стороны, в новом фильме нет и процента очаровательных пошлости и безрассудности «Тупых и ещё тупее» и «Я, снова я и Ирэн», за которые большинство зрителей знает и любит братьев Фаррелли. В светлой сказке, готовой удовлетворить всех, сальным шуточкам места нет. Какой бы жизнеутверждающей ни была «Зелёная книга», в будущих проектах Питера хочется увидеть его прежний почерк, ведь грамотной провокативности в современном искусстве не хватает настолько же, насколько трезвого взгляда на вопросы дискриминации. Но если последнее, к счастью, может предложить кто-то другой, то сериала «Шучу», сделанного Мишелем Гондри и Джимом Керри, на всех заскучавших киноманов не хватит.


Кадр из фильма «Зелёная книга» «Зелёная книга» могла бы повторить успех французских «Неприкасаемых» («1+1»), однако она слишком старомодная, чтобы стать любимой комедийной драмой для просмотра в компании молодёжи. Она настолько же наивная и духоподъёмная, насколько фильмы времён Великой депрессии, на которые граждане Америки ходили, чтобы отвлечься от суровой реальности. Место этой работы по состоянию на 2019 год — в рождественских и новогодних вечерах, и очевидно, что если бы премьера в России состоялась в декабре, зрительские отзывы были бы восторженнее, а скорость передачи по сарафанному радио — раза в два больше. Хотя жаловаться не приходится — за полторы недели проката «Зелёная книга» перебралась через середину рейтинга 250 лучших фильмов на «КиноПоиске». Молочные реки, кисельные берега, любовь ко всем людям — этого до сих пор достаточно, чтобы сделать фильм народным. Другое дело, что народу сегодня нужно совсем не это. Когда-нибудь от нас не откупятся карамелькой вместо буханки хлеба.

Материалы

Теги

< пред след >