6 Сентября 2018

Профессиональный спорт является аллегорией любой конкуренции, поэтому в России и США идеологические машины наплодили немало технически крепких, но неоригинальных картин, эксплуатирующих тематику чемпионства. У нас на родине популярностью пользуются истории о том, как в первенстве, результат которого не приемлет двусмысленности, русские орлы роняют Запад (вспомним «Матч», «Легенду номер семнадцать», «Чемпионов» и «Движение вверх», выпущенные за последние пять лет); за океаном, в свою очередь, в демонстративном соперничестве находит перерождение концепт американской мечты — здесь уместно отметить культового «Рокки», «Тренера Картера» и «Бойца». Однотипная реализация драматической интриги и банальность рассматриваемых конфликтов создали вокруг спортивных драм предубеждение, что различаться они могут лишь размерами стадионов и видами снарядов. Даже такие счастливые исключения как «Человек, который изменил всё» и «Охотник на лис» Беннета Миллера, а также «Гонка» Рона Ховарда, продемонстрировавшие, что спортивная биография может повествовать не столько о соревновании, сколько о неоднозначных психологических эффектах, им стимулируемых, не внесли весомых изменений: многие зрители всё ещё ожидают от лент про атлетов лишь красивой светлой истории о силе духа.

Однотипная реализация драматической интриги создали вокруг спортивных драм предубеждение, что различаться они могут лишь размерами стадионов и видами снарядов.

Трагикомедия «Тоня против всех» не понравится такой аудитории. Картина рассказывает не о восхождении молодой звезды на олимпийский пьедестал, а, напротив, о том, как талантливая девушка, первая в Америке выполнившая тройной аксель, похоронила карьеру в фигурном катании. Предпосылки её фиаско так глубоко растворены в проблемах внутренней экономики Штатов, социальной психологии спортивной верхушки и общественности, менталитете реднеков и путаных мотивировках самой героини, что фильм не предлагает простых ответов на возникающие при просмотре вопросы. Чтобы создать столь многослойное произведение, открытое для индивидуальных интерпретаций, режиссёр Крейг Гиллеспи, ранее работавший в разных жанрах, но с одинаково высоким уровнем осторожности, принял рискованное решение: фильм балансирует между разнородными стилистическими ипостасями, что не всегда получается провернуть изящно, зато ближе к концу обнажает настоящую полифонию моральных дилемм.


Кадр из фильма «Тоня против всех». Главные герои Структурной основой ленты выступает несколько мокьюментари-интервью с главными действующими лицами: Тоней, её бывшим мужем Джеффом, матерью, телохранителем, тренером и другими. Большую часть хронометража занимает визуализация их воспоминаний, которые имеют пробелы, противоречат друг другу, а иногда и вовсе могут оказаться намеренной ложью. Запутанная детективная история вокруг нападения на фигуристку Нэнси Керриган, в котором был обвинён супруг Тони, — этот инцидент стал решающим фактором исключения спортсменки из профессионального сообщества — рассказана в стиле «Расёмона» Акиры Куросавы: сколько действующих лиц, столько и субъективных представлений о произошедшем. Вместе с разнообразием характеров нарраторов приходит и многожанровость, поэтому юмор чередуется с жёсткой социальной драмой о семейном насилии, а персонажи представлены то карикатурными, то драматически многомерными. Условность происходящего на экране достигает максимума, когда герои поочередно ломают четвёртую стену, полемизируя не только между собой, но и со зрителем.


Кадр из фильма «Тоня против всех». Один из мокьюментари-приёмов Эклектичный стиль не выглядел бы достаточно стройным, если бы эпизоды не были стянуты между собой сквозными сюжетными линиями. Себастьян Стэн и Эллисон Дженни, исполнившие мать и мужа Тони — её ближайших родственников и страшных мучителей одновременно, — с упоением доносят до зрителя жестокую психологию абьюзера. Но, невзирая на их талант, «Тоня против всех» — это в первую очередь лебединая песнь Марго Робби, своеобразное портфолио актёрского диапозона для Американской киноакадемии: она с одинаковой правдоподобностью играет и грубую гопницу, и влюблённую девочку, и жертву обстоятельств, и андердога, голыми руками прорубающего путь к цели. Однако, в отличие от настоящей Тони Хардинг — Сирены Уильямс в мире фигурного катания, — Робби слишком соответствует классическим канонам женственности, в которые её героиня отчаянно не может вписаться, из-за чего некоторые моменты фильма работают слабее желаемого.


Фотография настоящей Тони Хардинг Демонстрируя озлобленный люмпен-пролетариат, для которого американская мечта трансформировалась в «войну против всех», «Тоня» становится яростным памфлетом против пагубных явлений культуры, лишь усугубляющихся непреодолимым разрывом между бедными и богатыми. Для иллюстрации критических тезисов, авторы привели яркий исторический пример, доказывающий, что формула «сможешь, если очень-очень захочешь» вступает в конфликт с более прозаичными явлениями повседневности: обстоятельствами, случайностью и человеческой глупостью — намного чаще, чем об этом принято думать. Лента рисует нелицеприятную реальность, опираясь на факты и указывая их источники (в титрах, к примеру, вставлены кадры из реальных интервью). Картина критикует и не предлагает решение, что даёт право некоторым зрителям обвинить её в отсутствии так называемой «идеи», но неужели в 2018-м кто-то ещё требует от искусства однозначности?

Материалы

Теги

< пред след >