30 Апреля 2018

Идея свободы является, пожалуй, одной из самых популярных и вместе с этим спорных в истории философии. Что это такое — свобода? В чём она заключается, и где она начинается? Что первично: права социальные или права политические? И чем индивидуальная свобода важнее всех остальных свобод? В своей первой документальной работе «Свобода волку — смерть овце» Руперт Рассел стремится наметить основные пути решения этих вопросов в XXI веке на примере таких проблемных территорий, как Гонконг, Тунис, Индия, Япония и США. Для того чтобы более полно понять суть снижения уровня свободы, он обращается за помощью философа Фрэнсиса Фукуямы и социолога Орландо Паттерсона. Каким образом Трамп стал президентом Америки? Как в Тунисе, получившем по итогам революции надежду на демократический режим, ограничивают свободу слова и притесняют людей? Почему в Индии националисты открыто ненавидят мусульман, но при этом бравируют на мировом уровне своей демократией? Из картины можно узнать, что процесс, когда к власти демократическим путём приходит авторитарный правитель, который разворачивает действия, направленные на ограничения всех возможных свобод, при этом формально соблюдая демократические принципы, называется феноменом illiberal democracy.

Кадр из фильма «Свобода волку — смерть овце» Для всех стран, которые появляются в фильме, характерно безразличие большинства граждан к политике и другим людям: им не так важно — или они не замечают — то, что происходит с угнетаемыми нациями на территории их государства, что чья-то свобода слова попирается и личная жизнь является вовсе не личной, а подвластной кому-то извне. Их волнует лишь эгоистическая свобода: пока нет никакого явного вмешательства в их существование — всё хорошо. Однако, «если моя свобода или свобода моего класса или моей нации строится на бедствии многих людей, такая система несправедлива и безнравственна»; и не надо утрачивать индивидуальную свободу, чтобы «уравнять» свободы политические и экономические, необходимо бороться и не замалчивать, так как если сегодня сажают за картинку в социальных сетях кого-то другого, то завтра могут посадить тебя, если сегодня кто-то другой умирает от пыток в тюрьме, то завтра умираешь ты.

Если моя свобода или свобода моего класса или моей нации строится на бедствии многих людей, такая система несправедлива и безнравственна.


Исайя Берлин. «Философия свободы»

Вероятно, проблема заключается в том, что для жителей более важной является свобода потребления, а не индивидуальная или политическая свободы. В погоне за вещами женщина из Индии, находящая отдушину в мотоцикле, и мужчина из США, считающий, что его самоопределение исходит из автомобиля, которым он владеет, и жители многих других стран, например, той же России, не понимают, что по своей сути одно лишь право покупать без остальных прав — это тотальная несвобода, суррогат демократии. То, что ты сегодня приобрёл, завтра легко может оказаться в руках высокопоставленного чиновника или служащего в силовых структурах. Либеральная демократия возможна только в том случае, если первичные свободы — это свободы индивидуальные и политические.

Пожалуй, на фоне всех стран в благоприятном свете выделяются только Гонконг, где прошли довольно мощные протесты против вмешательства Пекина в политические дела района под названием «Революция зонтиков», и Япония, где граждане смогли консолидироваться в мощную партию и выступить против закона, запрещающего танцы. Почему так? Вероятно, основой успеха стало восточное преобладание чувства коллектива над чувством индивидуума, которое в итоге всё равно базируется на индивидуальной свободе каждого члена, являющегося на деле не безликим существом, а вполне конкретной личностью.


Кадр из фильма «Свобода волку — смерть овце» В соответствии с докладом «Свобода в мире 2018: кризис демократии» видно, что в последнее время с каждым годом уровень свободы падает. Сосредоточившись только на самих себе и завязав глаза, мы перестаём замечать нашу несвободу и попирать демократию, так будоражившую умы людей на протяжении двухсот лет.

Материалы

Теги

< пред след >